Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Лукашенко: «Выиграть конфликт с расположенными по периметру государствами мы не можем»
  2. В 2027 году заработают три изменения для тех, кто выезжает за границу
  3. Пропавшую беременную минчанку нашли убитой
  4. Минчане снова выстроились в очередь за квартирами. Вокруг какого ЖК ажиотаж на этот раз?
  5. Семейные связи и хорошие должности. Где работают родственники невестки Лукашенко
  6. Беларуска более трех месяцев стоит в «новой» очереди на польскую визу — поговорили с ней. Выводы экспертов тоже не радуют
  7. МВД хочет взять под контроль домофоны
  8. «С нас потом спросит руководство». Школы начали собирать информацию о сожителях родителей своих учеников — учительница объяснила зачем
  9. Лукашенко предлагал женщинам «родить трех малышей и требовать что угодно». Минчанка родила тройню и попросила квартиру
  10. «Хренин призвал». Лукашенко заявил, что его младший сын служит в армии
  11. «Теща» Лукашенко пыталась уничтожить частную медицину, но не получилось. Вспоминаем, как начиналась эра медцентров в Беларуси


После выхода последнего сезона подкаста «Дочь разбойника», над которым работала российская журналистка Настя Красильникова, из Франкфуртского университета имени Гете уволили преподавателя Марка Гондельмана. Ранее он был учителем в школе по иудаике «Самбатион» — в подкасте две девушки (одна из них — бывшая ученица) обвинили Гондельмана в сексуализированном насилии. Об этом Красильникова сообщила в Instagram, заметило издание «Коса».

Марк Гондельман. Скриншот лекции с YouTube-канала «Журнал ЛЕХАИМ»
Марк Гондельман. Скриншот лекции с YouTube-канала «Журнал ЛЕХАИМ»

Гондельман стал одним из героев подкаста «Дочь разбойника», который Красильникова делает со студией «Либо/Либо». Его последний сезон называется «После школы» (также есть версия The Adults In The Room на английском языке) и рассказывает о сексуализированном насилии, которое пережили ученицы и ученики 57-й школы в Москве. Впервые об этом стало известно в августе 2016 года, после чего возбудили уголовное дело, а бывшего учителя истории школы Бориса Меерсона и его ассистентку Марию Немзер заочно арестовали по подозрению в совращении несовершеннолетнего (сейчас они живут в Израиле).

В процессе работы над подкастом Красильниковой удалось пообщаться с двумя бывшими ученицами 57-й школы Сарой Безрукавниковой и Ревеккой Гершович. Помимо происходящего в учебном заведении, они также рассказали о насилии со стороны Марка Гондельмана. Он не связан с этим учебным заведением напрямую, но также был преподавателем — в летней школе по иудаике «Самбатион», где обучались подростки.

Когда Саре Безрукавниковой было 11 лет, родители взяли ее в гости к своим знакомым — там она познакомилась с Марком Гондельманом. На тот момент семья Безрукавниковой жила в Москве, а Гондельман — в Израиле. Он стал переписываться с ней в интернете (скриншоты этих писем предоставила Сара). В одном из писем есть, по сути, признание, что он спал с девочкой.

Это было, когда Безрукавниковой было 12, а Гондельману — 23: они стали встречаться и приезжали друг к другу в гости. По словам Безрукавниковой, тогда они занимались оральным сексом, хотя она чувствовала себя некомфортно, но не могла об этом сказать и убеждала себя, что это нормально.

Ревекка Гершович же познакомилась с Гондельманом, когда тот преподавал у нее в «Самбатионе». После этого их общение тоже продолжилось в интернете (эта переписка также сохранилась). Гершович, как и Безрукавникова, жила в России и периодически приезжала к родственникам в Израиль. В какой-то момент в этих поездках она стала останавливаться у Гондельмана, а не у своей семьи. Гершович рассказала, что на тот момент Гондельману было 26, а ей — 14, но тот принуждал ее к сексу без пенетрации со словами «На что ты рассчитываешь? Если ты едешь к взрослому мужчине, ты обязана с ним спать».

— Я не знаю точно, как именно было обставлено увольнение Гондельмана с кафедры иудаики Франкфуртского университета. Но я знаю, что его коллеги, начальники и студенты послушали The Adults in the Room и что университет воспринял эту информацию всерьез, — пишет Красильникова. — Для пострадавших от действий Марка Гондельмана это увольнение означает, что он больше не будет иметь доступа к уязвимым людям — например, к студенткам. Для меня как для журналистки этот результат говорит о том, что наша работа действительно может что-то изменить.