Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  2. В СК придумали новые подходы для преследования инакомыслящих беларусов — акцент делается на двух соцсетях
  3. Пропагандист заявил, что 196 политзаключенных, об освобождении которых ранее не было известно, уже на свободе
  4. Лукашенко сменил одного министра, директоров заводов и главу крупнейшего госмедиахолдинга
  5. Беларуска назвала свою пенсию после 37 лет работы и попросила других поделиться цифрами. Суммы заметно отличаются
  6. Долгожитель среди классиков, одной фразой описал менталитет беларусов, не принимал советскую систему. Чем крут Янка Брыль — пять пунктов
  7. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав
  8. На авторынке «умирает» один из дилеров
  9. Без Трампа, но с крупной победой. Сборная США ярко стартовала на домашнем чемпионате мира
  10. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов


Витебского арт-менеджера Владимира Булавского приговорили к двум годам колонии общего режима, сообщает правозащитный центр «Весна».

Фото: ПЦ "Весна"
Фото: ПЦ «Весна»

Приговор политзаключенному по статье 342−2 УК (Неоднократное нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий) вынес судья Михаил Юрченко.

На суде Булавский не признал вину и давал показания на белорусском языке.

Напомним, Владимир Булавский был задержан 14 декабря 2022 вместе с основателями гастропаба ROK’I PUB Ильей Кульманом и Павлом Петруниным, а также постоянным посетителем заведения Дмитрием Ларьковым. Их осудили на 15 суток ареста «за репост экстремистских материалов». После троих освободили. Сам Булавский должен был выйти на свободу 1 января, однако этого не произошло.

В 2022 году Булавского несколько раз судили по административным делам: в феврале (15 суток ареста) и в июле (30 суток ареста).

Недавно у политзаключенного умер отец, но на похороны Владимира не отпустили. Ему не передают письма, он почти не получает известий с воли.